Hetalia: 3rd World War | Хеталия: ВВ3

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hetalia: 3rd World War | Хеталия: ВВ3 » Активные Эпизоды » Сербия - это как сестра Керри, только мужик...


Сербия - это как сестра Керри, только мужик...

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Место: Нью-Йорк, США. Центральный парк, возможно, с последующим продолжением в кафе.
Время и Погодные условия: 9 ноября 2012 года. Утро. Облачно, прохладно.
Главные действующие лица: Америка, Сербия.
Нежелательные страны: Все, кроме участников.
Зачин: Сербию, как обычного парня всегда манили огни большого города, роскошь и богатство. А где это все можно найти? Правильно, в Нью-Йорке, в Соединенных Штатах Америки. Вот Сербия и отправился туда на встречу с самим Америкой, наивно полагая, что если не получилось хорошо зажить в дружеских отношениях с Россией, то получится с Америкой. Сам же Америка вовсе не против такого рода сотрудничества, ведь оно может подорвать моральных дух самого России! Но при этом оба участника наталкиваются на стену, которая носит не какое-то там прозаическое название а-ля: "Бетонная". Нет, эту стену зовут Косово. Разобьются ли все надежды Сербии об эту стену? Это вопрос, ответ на который вы узнаете в скором времени.
Первыми стартуют: Америка --> Сербия


Итог: По сообщениям наших корреспондентов 9 ноября в Нью-Йорк прилетает министр иностранных дел Сербии — Иван Маркич. Как сообщают сербские газеты, ранее Маркич заявил, что Сербия на этой встрече, прошедшей в неофициальной обстановке, станет на путь демократии. И вот уже ранним утром в одном из кафе знаменитой сети Starbucks состоялась встреча министра иностранных дел Сербии с госсекретарем. К сожалению, на время проведения встречи кафе было закрыто. И о ее результатах можно говорить лишь по пресс-конференции Ивана Маркича с американскими журналистами. Устами Маркича Сербия заявила, что признает Косово свободным государство — смелый шаг, встреченный бурными овациями. США в ответ на сей решительный ход заявили о своем неофициальном покровительстве над Сербией, пообещав ей всячески поддерживать все ее благие начинания — в том числе и снять все санкции времен распада Югославии. Иван Маркич же заверил, что Сербия и, возможно, будущая Новая Югославия будут оставаться полностью нейтральными. Международные эксперты уже успели окрестить Сербию международной проституткой. По утверждениям наших корреспондентов, в России заявления Сербии вызвали фурор.

+1

2

Альфред остановился посреди дорожки и смачно зевнул. Он ненавидел эти ранние подъемы, но положение обязывало садиться за финансовые отчеты уже к десяти с чашкой горячего ароматного кофе. Сегодня янки проспал. И, на скорую руку пролистывая Financial Times, случайно опрокинул американо на сводку новостей. Громко выругавшись, Джонс хотел было попросить у секретарши новую порцию, но наручные часы предательски тикали. "Чтоб тебя, Сербия. С какого ты так рано?!" Отсутствие утреннего кофе сильно ударило по типичному американскому расположению духа, он зависал на каждом шагу, параллельные действия давались с трудом, поэтому, как ни странно, зевать и передвигать деревянные ноги одновременно возможным не представлялось. Наконец "перезагрузившись", Америка сильнее закутался в полосатый бежевый шарф и ускорился. На сколько он опаздывает, минут на двадцать? Или на полчаса? Неужели Зорич уже ждет его посреди Центрального парка, одинокий серб с одиноким собственным мнением посреди серой Нью-Йоркской массы?
Кстати говоря, Альфред прилетел в "столицу мира" еще позавчера, чтобы стать очевидцем регулярных осенних протестов на Уолл-Стрит. Финансовые вопросы занимали его мысли намного больше, чем проблемы балкан, поэтому сербское предложение обернулось тягостным испытанием для янки. Балканы сейчас представлялись ему полумертвой Грецией на грани дефолта, а уж о Косово он и думать забыл. Так, скинул туда войска НАТО и переключился на более существенные проблемы. Чего хотел от Штатов Зорич? Чтобы отказались признавать Косово? Как мелочно - размениваться на свою непокорную дочь, будучи на пороге Третьей мировой. Америку раздражала неспособность европейцев мыслить глобально, тем паче сейчас. Зато ведь у Брагинского подобных мыслей было в избытке... И почему, спрашивается, мелкий серб решил нанести визит в США? Кажись, заключили с православными прекрасный союз, вместе барахтаться веселее. Вот нападет Россия на Америку - желтая пресса припомнит Гордану посиделки с Альфредом Ф.Джонсом за чашечкой кофе...
"Кстати! Как насчет поговорить с ним за чашечкой кофе?" - он оживился от одной только мысли о желанном напитке. Да, янки не раз приходилось искусственно мотивировать себя, как и всему народу, в общем. Вот и теперь: игра стоила свеч только чтобы сходить в обласканный туристами Старбакс, да побаловать себя.
Обожаемый Нью-Йоркский оазис выглядел превосходно в любое время года, при любой погоде, с любой целью визита туда. Ступая по аккуратной парковой дорожке, Америка вдруг задумался. А с какой, собственно, радости Сербия не нанес официальный визит в Вашингтон? Огласки не хотелось? Ну понимает же, что, предъяви он претензии Штатам, огласки не избежать. Публика проглотит и рот салфеточкой вытрет. А потом будет долго переваривать, меняя вкус новости под свое, конечно же, гениальное имхо. Еще и назовут Сербию, к примеру, котом Шредингера. А что? Ни то, ни се, меж двух враждующих лагерей. Время все же предвоенное, то ли жив Гордан, то ли мертв...
Джонс улыбнулся: собственная аллегория ему понравилась. "Сим нарекаю тебя Котом, Сербия", - торжественно произнес какой-то чужой голос в голове и на скорую руку посвятил Зорича в рыцари. Ох, какие сделки, какая политика при таких-то мыслях?
Он прошелся по основной аллее метров сто, гостя видно не было.
- Вух... - парень присел на корточки, прислонившись к дереву, и попытался согреть дыханием замерзшие пальцы. - Позвонить ему что ли?
Американец нередко разговаривал сам с собой, тем более Центральный парк в 10 часов утра был относительно безлюден, на утреннего сумасшедшего никто и внимания не обратит. Ну не выспался человек, что ж теперь? Для Нью-Йорка самое то.
Альфред вытянул из кармана старенький слайдер и быстро пробежался глазами по длинному списку контактов. К сожалению, взгляд не зацепился за нужное имя, пришлось набирать в поиске, а янки этого, по причине неведомой, терпеть не мог. Прикладывая телефон к уху, Америка поморщился: холодный, зараза. Гудки не прекращались довольно долго, но все же...
- Сербия, ты? Здравствуй. Ну я это... на месте. Где тебя найти? - голос звучал потрясающе измотано и незаинтересованно. В довершении ко всему Альфред зевнул в трубку и хотел было прикрыть глаза, но побоялся, что и вовсе задремлет. Мысли о кофе перестали быть спасительными...

+2

3

Город, который никогда не спит, город-утопия, город-мечта! Вот оно – олицетворение всего западного стиля жизни, всей мощи США, всей роскоши этого мира! Это Нью-Йорк! Прекрасные небоскребы, дорогие магазины, великолепные парки! И именно в таком парке сейчас находился Сербия и, честно говоря, у него дух захватывало! Он стоял, опешив, и смотрел на величественные небоскребы, толпы спешащих на работы людей, буйство жизни и красок. И в таком вот оцепенении от красоты Нью-Йорка Сербия простоял минут пятнадцать, а потом друг очнулся и понял, что он выглядит нелепо, ни к месту, жалко среди всей этой гущи и смеси красок, стилей жизни, людей, языков и много чего еще. Если сейчас описать чувства Сербии, то они будут выглядеть примерно так – удивление, восхищение, оцепенение, шок, шок, шок... Но вернемся к Сербии и Центральному парку. Задумавшись, Сербия прошел по одной из тропинок парка и сошел с центральной аллеи. Нет, дело не в зачаровывающих желтых листьях, дело в том, что Сербии нужно сейчас будет рассказать Америке о своих планах. Маленький человечек будет вещать о своих жалких планах поистине великому человеку. Вот Сербия и боялся, что это все будет выглядеть жалко, скромно, серо, незначительно. Хотя для него самого это было сложное, очень важное решение. Он хотел отказаться от своих претензий на Косово. Достаточно резкое решение, да. А сейчас я попробую вам рассказать, что же подвигло Сербию на это решение. Во-первых, от нее одни проблемы, в ЕС не берут, в НАТО вообще дорога закрыта. А ведь это, можно сказать, цель всей жизни Сербии – вступление в эти организации. И, во-вторых, проблема Косово могла развиться, а это ой как нехорошо. И вот Сербия отправился в Нью-Йорк, на встречу с Америкой, ходячим плавильным котлом.
Уже было пятнадцать минут десятого, Америка явно опаздывал. Но что с этим мог сделать Сербия? Да ничего, совсем ничего. Америка – это же великая держава, спаситель всего мира и просто Герой. Такому можно, наверно, опаздывать на месяцы, не то что на жалкие пятнадцать минут. Нет, то, что эти пятнадцать минут жалкие Сербия решил только сейчас, даже не решил, а внушил сам себе. А все потому что он – Сербия, бедная, аграрная страна. Из всех достоинств которой – только одна третья производства всей малины в этом мире, ну и то, что Сербия профессионально создавал конфликты. Нет, Сербия не любил конфликты, это конфликты любили его. Очень любили. Но мы сейчас не об этом, мы сейчас о том, что Америка опаздывал на пятнадц... ой, уже на семнадцать минут. Но не суть. Ой, подождите, что это? Да это же у нашего героя (не путать с Героем, то бишь Америкой) звонит телефон! К чему бы это, а? Да это же Америка! Оу, видимо звонит уже долгое время... Сербия, тебе явно нужно завязывать с мыслями и погружением внутрь себя.
- Сербия, ты? Здравствуй. Ну я это... на месте. Где тебя найти? – раздалось из трубки, слишком уж вяло для Америки, вечного Героя и оптимиста.
- Доброе утро, Америка. Я?.. Я...- только сейчас Сербия понял, что сошел с главной аллеи, - Я сейчас подойду, прости, - сказал Сербия и завершил сей разговор. Благо Сербия не зашел слишком далеко и выйти к главной аллеи не составило особого труда, а потом Сербия увидел Америку, уставшего, прислонившегося к дереву парня. Честно, Гордан первый раз видел Америку в таком вот виде, и это тоже несколько шокировало его, все-таки шаблоны и ярлыки – вещь крайне неудобная.
- Еще раз доброе утро, - Сербия подошел к Америке, - Неважно выглядишь... Может,  в кафе пойдем? Все-таки на улице прохладно, да и стаканчик кофе тебе явно не помешает, - сказал Сербия и вдруг неожиданно для себя заметил, как же сильно окоченели его пальцы. Вот чего в Сербии не было, так это чувства маленькой иерархии в мире стран, он даже с Америкой разговаривал на «ты» и чувствовал себя довольно свободно и нескованно. А может, это заслуга Америки, что он умел так хорошо располагать к себе людей. В общем, сейчас это Сербию мало волновало, сейчас он хотел зайти в теплое и уютное кафе, удобно там расположиться, выпить стаканчик Американо и наконец-то начать этот разговор с Америкой. Отлично, у него скорее всего появится еще чуть-чуть времени чтобы все еще раз обдумать., все-таки вряд ли Америка предпочтет теплому кафе холодный парк.

+1

4

"Проницательно, Сербия", - подумал янки, глядя на, судя по всему, сравнительно раннюю балканскую пташку. Пару долгих секунд Альфред смотрел на парня в упор, слегка исподлобья (в силу того, что все еще сидел на корточках под деревом), не выражая никаких эмоций. Таким образом он предоставлял собеседнику право выбора атмосферы общения: деловая, дружеская, нарочито или естественно натянутая. В конце концов, одно дело - слова и те эмоции, которые человек выражает параллельно с репликой, совсем другое - выражение его лица в ожидании реакции. Это лицо может сказать намного больше, так как эмоции не подкреплены словами и следить за тем, чтобы они выглядели подлинно, намного сложнее. Будучи сверхдержавой, Джонс мог позволить себе роскошь таких пауз. Единственной проблемой было то, что парня всегда подмывало ответить как можно скорее и требуемого замешательства от собеседника он дожидался редко. Таким образом мировая политика потеряла тонкого психолога: казалось бы, предпосылки есть. Но выдержкой явно не в братьев пошел. Главное - действовать, а там уже последствия пусть диктуют вывод.
На этот раз лень притупила инициативность сонного Альфреда. И, выждав оптимальную паузу, тот наконец подал голос:
- Ты читаешь мои мысли, парень, - легко и непринужденно произнес Америка и, поднявшись, встряхнул замерзшие ноги. - Пошли кофейку выпьем.
Не смотря на, казалось бы, вовсе не тягостную атмосферу общения, свои выводы янки сделал. Зорич не был настроен качать права или предъявлять претензии. Маленький серб собрался буквально на душевный разговор с Джонсом, возможно, планирует просить об услуге, но ни в коем случае не намерен доказывать кому-либо, что его проблемы существенны и требуют немедленного решения. Следуя своей героической логике, Альфред радостно сделал вывод, что, поставь он Гордана на место, тот не станет поднимать хаос в людных местах. Возможно, Америка был слишком самоуверен, но, в конце концов, упрекать Зорича пока что было не в чем, а лишнего, притянутого за уши, повода он тоже не будет искать. Спокойный, деловой, судя по настроению серба, потенциально выгодный разговор. Замечательно. Американец аж оживился.
- Пойдем, покажу тебе одно местечко, - янки мягко улыбнулся, глядя на своего гостя. - Мы часто бываем там, а туристы уж и вовсе не вылазят. Ты ж наверняка слышал о сети кофеен Starbucks.
Джонс отнюдь не ждал от Сербии юношеского восторга, но желание показать Штаты во всей красе у парня никто не отнимал. По его мнению, Старбакс должен быть ТЕМ САМЫМ, и кофе тоже ТЕМ САМЫМ, а не так, лишь бы согреться. Для пущего эффекта Альфред напряг подмороженные извилины и неожиданно для самого себя вспомнил пару забавных фактов, пока они с Горданом двигались вдоль одной из Нью-Йоркских улочек.
- Так забавно, знаешь, - начал он, будто между прочим, глядя перед собой и тщетно пытаясь согреть руки в карманах. - Одного из основателей Старбакса звали Гордоном Боукером. Ну, почти, ага? А потом они с партнерами купили компанию Peet’s Coffee у владельца, Альфреда Пита. В общем, суждено что ли.
Ближайший Старбакс был расположен на углу высокого светлого здания. Вот такие, угловые кофейни Америка всегда любил больше остальных. И сам не знал, за что. Может, благодаря тому, что они срезали углы огромным небоскребам, превращая их в нечто более уютное и домашнее. Либо же оттого, что сглаживали извечную симметрию. В любом случае, сегодня путникам повезло набрести на угловую кофейню в самом центре Нью-Йорка.
- Жаль, что солнца-то, в общем, и нет. Здесь обычно очень светло, видишь, окна какие большие.
Впрочем, большие окна были достоянием далеко не одной маленькой кофейни. Американцы любили свет и открытость миру. Их стиль постройки домов и офисных зданий стал отражением стиля жизни и общения. Возможно, это могло отразиться и на переговорах Сербии с Соединенными Штатами.
Янки потянул на себя стеклянную дверь и втянул носом теплый воздух. Уже стоя на пороге, он наслаждался приятными запахами и приветственными репликами поголовно всех кассиров. Последние улыбались, кого бы ни пришлось обслуживать. А ведь им, бедненьким, иногда приходилось иметь дело с надоедливыми иностранцами! В данном случае бремя заказа Джонс, как завсегдатай и, собственно, местный, решил взять на себя. Стоя в очереди из всего-навсего трех человек, включая их с Горданом, парень повернулся к гостю:
- Я бы предложил тебе фраппучино по уникальному рецепту, да уж больной холодный он. Так что вон на стене своего рода меню, на витрине десерты и закуски. Выбирай, говори. Потом можешь садиться за любой столик, я принесу заказ. О деньгах не волнуйся, я угощаю.
И подмигнул сербу.

+1

5

Вот, Сербия стоял перед Америкой, но его на удивление он не интересовал. Сейчас все мысли Сербии были заняты тем, что...
Ему нужно составить примерный план рассказа, нехорошо попусту тратить время сверхдержавы, это плохо. Очень плохо. Вот смысл доказывать Герою свою ничтожность? Конечно же, никакого, но вот как-то на протяжении прошлого времени это у Сербии не получалось... Сначала он был социалистическим убожеством, потом ужасным поработителем, а потом трижды тираном-отцом. В общем, не очень хорошее начало знакомства, а теперь все нужно наладить, ибо с чистого листа начать точно не получится, т.к. какая-нибудь сербская зараза по любому разольет на этот листок стакан Американо.
А тем временем Сербию начинало пугать со стороны Америки, уж больно странно это было. Странно для стереотипного Америки, но он не такой. Таким было первое впечатление Сербии об Америке на расстоянии вытянутой руки. Он совсем другой, не голливудский, человеческий, нормальный, иногда милый. И если бы не звание сверхдержавы Америка бы прекрасно сошел за простого, жизнерадостного студента-душу компании. Но звание сверхдержавы присутствовало, и на расстоянии он казался пугающим, таинственным, но при этом вечно веселым человеком, но это не так. В общем, ничто человеческое даже сверхдержаве не чуждо. Но вернемся к Сербии, который сейчас стоял перед Америкой и ожидал ответной реакции. Так вот, сонная сверхдержава наконец-то подала признаки жизни:
- Ты читаешь мои мысли, парень. Пошли кофейку выпьем, - ну, вот, наконец-то обычные американские позитив и фамильярность. Опять же, другим бы это не простили, но Америка – это ведь Америка, Герой современного мира и прочее, и прочее. Честно говоря, Сербия всегда хотя бы на чуть-чуть задумывался о том, чтобы стать похожим на Америку. А что, хороший пример для подражания. Но Россия бы не оценил, вот Сербия и не подражал, но вот времена меняются, сильно меняются. И возможно осуществить давнюю мечту – попробовать на вкус западную жизнь! Капитализм, роскошь, огни большого города, НАТО, ЕС, надежды на лучшее будущее и, конечно же, Америка! Скажите, что наивно? Но ведь это всего лишь мечта, хотя... Это же мечта страны, а страны они же такие серьезные и отстраненные. Да ничего подобного! Сербия – это вообще буря эмоций! Ведь это Сербия! Страна, где безумно рады гостям даже в два часа ночи. Страна, где даже партия в шахматы может закончиться дракой. Страна, где люди самые радостные, веселые, влюбчивые, игривые и... агрессивные. Казалось бы, мощная, сильная, уверенная в своих силах страна. Но на деле, увы, все не так. А все из-за той же агрессии и переоценке своих сил, ведь Сербия никогда, никогда не играла важную роль в мировой политике, а требований всегда было много. Нет, было одно событие – начало Первой Мировой. Хотя, вряд ли это повод для гордости... Угу, совсем не повод, а вот упреков «балканской серной спичке» за разжигание войны было много. Но времена меняются, пора забывать о своих амбициях и Сербия, похоже, тоже наконец-то это понял. Так и хочется сказать «Аллилуйя!»... Сейчас Сербия был настроен серьезно как никогда и это его несколько пугало, уж больно непривычным было новое амплуа. Хм... И опять мы с вами распутываем загадочный балканский характер. Всё, теперь мы окончательно вернулись к делу. Так вот:
Сербия с Америкой двигались быстрой походкой замерзших людей, которые вроде бы и хотели побыстрее зайти в теплое помещение, взять в руки стаканчик кофе и, грея руки, начать дружеский или деловой разговор, но в тоже время некоторая сонливость присутствовала и не только присутствовала, но и тормозила. Ноги заплетались, долгие и протяжные зевки, рассеянное рассматривание витрин, людей, небоскребов, а для Сербии не столько рассеянное сколько восторженное. Конечно, это же Нью-Йорк, другая, западная, лучшая жизнь! И вот как ту не восторгаться? Сербия вообще по жизни восторженный, а тут... А тут Нью-Йорк же! Прелесть какая! Пусть еще и не видны огни большого города, пусть, судя по сонным лицам людей, как-то не верится, что этот город никогда не спит, пусть еще не видны известные нью-йоркские такси, пусть на улицах толпы митингующих, а на биржах все маклеры хватаются за голову! Пусть! Ведь это же город-сказка! И этого достаточно для простого и чистого восторга. В общем, глаза Сербии горели привычным, пусть и несколько сонным (да-да, огонькам тоже спать иногда нужно, ибо устают) огоньком, с лица не сходила улыбка, да и Америка оказался не таким ужасным тираном, каким казался. Он даже располагал к себе, хороший человек, одним словом, ой, простите, двумя.
- Пойдем, покажу тебе одно местечко. Мы часто бываем там, а туристы уж и вовсе не вылазят. Ты же наверняка слышал о сети кофеен Starbucks, - вот теперь Америка вновь стал жизнерадостным и чересчур оптимистичным.
- Да-да, конечно, - сказал Сербия и тут же осекся. Знаете, Америка умел прекрасно заполнять пустое пространство, для разговора было достаточно его интересных рассказов, вот и все. Но просто слушать и иногда вставлять фразы наподобие «Конечно», «Именно так», «Естественно!», «Да-да» было как-то неприлично, что ли. Но Сербия, увы, не мог соревноваться с Америкой в заполнении разговора, а потому использовал все те же фразы, понимая, что выглядит это не очень красиво. Ну, а что еще поделать? Если бы Сербия просто молчал, было бы явно хуже.
- Так забавно, знаешь. Одного из основателей Старбакса звали Гордоном Боукером. Ну, почти, ага? А потом они с партнерами купили компанию Peet’s Coffee у владельца, Альфреда Пита. В общем, суждено что ли, - и очередной поток приятного, уютного разговора с Америкой. Вот тут уж действительно можно чувствовать себя как дома, уютно, приятно, интересно. И в очередной раз Сербия не нашел что ему ответить, вот просто не знал и все тут. Главное качество Америки – общительность одновременно и плохое и хорошее. Почему оно хорошее было описано выше, а вот почему оно плохое... Действительно почему? Вроде бы все прекрасно, хорошо, но волей не волей рядом с Америкой наверно каждый начинает чувствовать себя интровертом, для уютного разговора со сверхдержавой необязательно было участие двоих, второй лишь мог все испортить. Вот этого-то Сербия и боялся – испортить эту беседу, которая, несомненно, была хороша, очень даже хороша. Но в этот раз Сербия не ответил ничего, вспомнив фразу «Когда ты молчишь, ты выглядишь умнее». А потом они с Героем приблизились к милому угловому кафе.
- Жаль, что солнца-то, в общем, и нет. Здесь обычно очень светло, видишь, окна какие большие, - да, Америка, безусловно, умел поддерживать разговор, причем делал он это довольно умело. В общем, все было прекрасно, Сербия потихоньку начинал чувствовать себя в своей тарелке.
- Зато в кофейне тепло и уютно, люди, общение, комфорт и, конечно же, вкуснейшие напитки, в том числе и кофе, - Сербия уже предвкушал теплый воздух, запах кофе и приятные разговоры. Хотя, разговор может и будет приятным, но уж явно не простым.
И наконец-то теплый воздух, аромат кофе, приятный и неяркий свет ламп! Почему такой восторг? Да потому что все, абсолютно все в этом кафе было Сербии незнакомым (знакомым было одно лишь название). А почему же незнакомым? Да просто Сербия привык к маленьким, уютным, шумным белградским уличным кафе, где всегда пахнет свежими булочками и кофе, где всегда тебе рады и где всегда ты можешь встретить хотя бы одного знакомого человека. Нет-нет, может быть кофейни или же просто Старбаксы тоже были такими. Сербия просто не знал, а незнакомое несколько пугает и иногда даже сковывает. А скованного разговора Сербия боялся даже больше, чем незнакомого здания. В общем, как видите, один замкнутый круг получается. Но что это мы все о Сербии да о Сербии? Да-да, пора бы прекращать. Так-так... Ах, да, опишем очередь, состоявшую из трех человек. Ну, вот, собственно говоря, описали.
А дальше был небольшой монолог Америки, из которого Гордан понял лишь то, что нужно что-то выбрать и за него заплатят. Что-то выбрать и заплатят за него. Заплатят за него... Кошмар!
- Америка, ну, что ты, право! Зачем? – знаете, даже по интонациям Сербии было не понять то ли это он из вежливости отказывается, то ли ему действительно неудобно. Впрочем, Сербия уже успел сделать свой выбор и выбор этот гласил: «Стакан Американо, пожалуйста». А вот мысли о предстоящем разговоре Сербия решил на немного отбросить и начал наслаждаться приятными и бодрящими ароматами, а так же теплом и уютом, про себя отметив, что западный стиль жизни ему по душе. Ну, а дальше оставалось только решиться и сказать Америке «Хорошо, Альфред, как знаешь», выбрать столик, сесть за него, согреться и начать разговор.

+1

6

Сверкали ответные улыбки кассиров, возникало ощущение, что они светили бы клиенту даже в темноте. Трудно сказать, зачем он предложил заплатить за гостя: чтобы расположить его к себе, или же подчеркнуть свою состоятельность, тем самым указав тому на его место. Сербия сегодня казался Альфреду довольно податливым, проблем с парнем не должно было возникнуть, тем более после этого жеста вежливости. Возникал вопрос: а почему? Их с Америкой отношения нельзя было назвать теплыми. Гордан хоть и стремился к интеграции в западный мир, но явно еще не был к ней готов, а потому метался меж двух огней: Россией и ЕС. По крайней мере, таким он виделся Джонсу сейчас. Неужели парень наконец сделал выбор?
Зорич был весел и доброжелателен с союзниками, редко задирал нос, но перед откровенными обидчиками на колени не падал. Сегодняшняя встреча очень походила на дружескую и непринужденную, и янки никак не мог отделаться от мысли, что это слишком подозрительно. Серб не дурак, за просто так помощи просить не станет. Значит, ему есть, что предложить. Но, будь обмен равноценным, стороны встретились бы в одном из рабочих кабинетов янки, говорили бы довольно холодно и по делу. А тут вдруг парк, кафе, улыбки… Ведь Америка только поддержал инициативу – так сказать, наблюдал и подстраивался. А ведь, вопреки распространенному общественному мнению, он умел это делать.
Еще шагая по улицам и оглядываясь на прохожих, Альфред успел перечислить и обдумать множество вариантов развития событий. В памяти, конечно, всплывала недавняя встреча православного сообщества в Греции, благополучно сорванная американской разведкой. Америка не знал и не мог знать, до чего дошли переговоры Сербии, России и Греции, но для подписания соглашения времени явно было недостаточно. Тем не менее, Зорич мог встретиться с Брагинским в любой другой день. Или же запланировать встречу сразу после сегодняшних переговоров в Нью-Йорке. Вероятно, от них будут зависеть условия заключения союза.
А что если?.. В какой-то момент Джонс затормозил и, указав гостю на одну из местных достопримечательностей, выиграл немного времени, чтобы справиться с приятным наваждением. Сербия ведь мог увидеть, насколько Греция слаб! И Россия слаб! Сотрудничать с ними не выгодно, а тут еще эта эпидемия… Если дело не обойдется локальными конфликтами, которые уже возникают повсеместно, отсидеться у Гордана не получится. Значит, надо искать сильных союзников, не дурак же он, в конце концов? И тут подвернулась эта непослушная девчонка – Косово. Предоставив ей независимость, Сербия мог бы требовать что-нибудь взамен. Членство в НАТО? Ведь каждая отсталая европейская держава мечтает о подобном подарке! (Да, заниженным самомнением Альфред, как вы понимаете, не страдал.) Только вот нужен ли он там? Зорич трезв в своих рассуждениях, прекрасно понимает, что смотрят на него там свысока. Да и, вступи он в НАТО, назад, к России, дороги не будет. Возможно, какие-то перспективы, гарантии? В обмен на Косово? Вместе с отменой унизительных санкций? Похоже на правду.
- Мне тоже американо, пожалуйста. – произнес он монотонно, вовремя разобравшись со своими сонными размышлениями. В конце концов, пока Сербия не высказался, нечего делать выводы. Разве что предположить, будет ли сотрудничество, как таковое, выгодным для Америки, если не принимать в расчет разные обстоятельства.
Янки расплатился и отправился на поиски Зорича. Безусловно, от такого союзника он не откажется. Только бы не попасть в какую-нибудь хитроумную ловушку… Мысленно напрягая все те центры мозга, что отвечают за хитрость и ложь, Джонс подошел к столику и поставил на него два белых стаканчика.
- Угощайся, Сербия, - сказал Альфред, лучезарно улыбаясь. И сел напротив.
Ароматный кофе дымился; привыкший к горячему американец сделал глоток и внимательно посмотрел на серба:
- Ну что, как? Отличается от европейского кофе?
Не дожидаясь ответа (который, к слову, не особо его интересовал), Америка жадно допил желанный напиток, стало немного жарко. Первый эффект от кофе вспыхнул практически сразу, заставив янки почувствовать привычное шило в заднице. Он не хотел молчать, но был вынужден усилием воли заставить себя дождаться, пока Гордан допьет свой кофе. И лишь потом, не дав тому начать другую, отвлеченную тему, пристально всмотрелся в лицо гостя:
- Я внимательно тебя слушаю.
Немного неосмотрительно, но так по-американски. Как и кофе в Старбаксе, как и вечно бодрствующий Нью-Йорк, как и предвкушение неплохой сделки, такое очевидное с точки зрения Альфреда Ф.Джонса.
Тон был задан, продолжая в том же духе, можно было обзавестись неплохим союзником.

+2

7

Разговоры имели вредную привычку, она заключалось в том, что их нужно было как-то начинать. И этот серьезный разговор Сербии тоже нужно было начать. Казалось бы, что может быть проще? Но это вам не отвлеченная болтовня о прошедшем празднике или же о том самом Васе из третьего подъезда, которого знает вся округа. Сейчас это была не болтовня, а переговоры. Причем даже не агрессивные переговоры, а политические. Сейчас Сербия мысленно отплевался – ведь что может быть хуже политики? Правильно, только Америка. Соединенные Штаты так и манили, но память о прошлом как бы одергивала серба, слишком уж хорошо он помнит тот 1999 год и Белый Город в огне. Да, Америке он этого никогда не простит, но... Но может из-за этих ссор, скандалов и обид рушится его будущее? Гордан был на распутье. А с третьей стороны подкрадывался еще один минус – если ты на стороне Америки, то ты должен быть против России и никак иначе. А Сербия жуть просто как не хотел быть против России, против «братика Вани». И все это, как вы могли понять, упиралось в одно «но». Америка сильна и наложенные западным миром санкции все также сильны. От них нужно было избавиться в любом случае – будь Зорич хоть с Америкой, хоть с Россией. Эти санкции душили экономику, ограничивали армию и даже несколько ущемляли права сербских граждан! А все из-за чего? Из-за Косово, дочки Сербии, с которой он в последнее время разругался в пух и прах. Но сейчас она возможно должна была сыграть очень интересную роль. Дело в том, что серб хотел признать Косово суверенным государством, чтобы Америка снял все санкции. А там, кто знает, может одним лишь снятием санкций дело не ограничится,  уж больно хочется Гордану ощутить западную жизнь, так сказать, попробовать ее на вкус. Но все опять сводилось к нерешенному вопросу «А как бы начать», а тем временем американец уже подошел к столику с двумя стаканчиками кофе на подносе:
- Угощайся, Сербия, - и опять эта голливудская улыбочка. Честно, сейчас серб даже побег из кофейни рассматривал как вариант, удачный вариант завершения встречи – уж слишком накалилось волнение.
«Так, сейчас нужно просто успокоиться, отвлекись, посмакуй кофе, в конце-то концов».
- Спасибо, - серб буквально погрузился в свои мысли и улыбнулся лишь потому, что всегда улыбался, когда кого-то благодарил. А потом в голове промелькнула мысль, мол, вот оно – начало разговора.
«А может и не начало», - промелькнула другая мысль, и Гордан решил ее запить большим глотком горячего кофе, для лучшего ее усвоения.
- Ну что, как? Отличается от европейского кофе? – вот нужно сначала спросить, а потом тут же приняться допивать кофе! Что за американский дух! Да и сам вопрос, уводивший разговор в другое русло Сербии не нравился, так что он не сильно расстроился, когда послушалось что-то вроде чавканья, и Америка полностью опустошил свой стакан. Сейчас Гордан сделал вид, что попросту не услышал вопроса.
- Я внимательно тебя слушаю, - и взгляд Америки впился в лицо Сербии, но серба, привыкшего ко всему, это нисколечко не смутило. Зато уже точно был дан толчок к началу разговора, делового и политического разговора. Ох, как все это сложно! Но начинать нужно, иначе зачем, спрашивается, нужно было устраивать эту встречу? Да, начать сейчас нужно было непременно, и Сербия начнет, а что ему, собственно говоря, остается? Так вот, серб вздохнул, сделал еще один глоток, отставил стакан с еще недопитым кофе и начал:
- Знаешь что, Америка, - серб на минутку замялся, а его пальцы барабанили по столу, - Сам я не мастак в деле таких вот деловых разговоров, но... Так вот... Ну, сам понимаешь, что я сюда приехал не просто так, а по делу, - Зорич изобразил на своем лице крайне неумелую улыбку, - И дело это вот какое – я хочу признать К-косово независимой, да... – слово «Косово» Сербия буквально выдавил из себя. А потом Гордан с минутку помолчал, ожидая ответной реакции Америки на это заявление, но так ничего и не дождавшись, продолжил:
- Сам понимаешь, все эти санкции и ограничения уже порядком поднадоели, да и злодеем № 1 в мире быть как-то нет хочется, вот я и решился... В общем, с этого момента Косово становится воистину самостоятельной державой, вот. Ну, а ты ведь уже должен будешь отменить все эти экономические и военные санкции... – на этом моменте серб немного замялся, - В общем, как-то так. Надеюсь, ты меня понял.
Сейчас Сербии больше всего хотел сквозь землю провалиться, ну, сгорание от стыда, наверное, тоже подойдет. Само заявление крайне противоречит всей сербской политике до этого момента, но времена ведь меняются. А вообще, серб сейчас немного гордился собой за то, что все же смог пересилить себя и рассказать обо всем Америке.  Потом Сербия вспомнил про свой еще не допитый кофе и с радостью сделал пару глотков (сербу наверняка казалось, что глотки были привычными, обыкновенными, но на самом деле выглядели они несколько нервно, как будто бы он шпион, его поймали и он сейчас судорожно выпивает смертельную дозу какого-то яда), как-никак, а любимый напиток хоть как-то да успокаивал, пускай он и был приготовлен по чужому, американскому рецепту, зато это кофе. Ну-с, остается только ждать реакции «золотого мальчика» на все эти душевные излияния и признания.

+2

8

Этот ни с чем не сравнимый эффект, который наступает после залпом выпитой чашки кофе, растягивал время. Альфреду казалось, что даже в перерывах между словами он может, как минимум, сбегать в магазин и обратно. Каждая свободная секунда должна быть чем-то занята, поэтому парень без конца вертел головой, рассматривая то посетителей кафе, то сонных ньюйоркцев на улице, то рекламные щиты, то собственные пальцы, в нетерпении выстукивающие какой-то ритм по столу. Молчание серба начинало немного напрягать, хоть тот отнюдь не тормозил с ответом - просто гиперактивному Америке в этот момент поскорее услышать просьбу своего старого знакомого сегодня же принять его в НАТО. А почему бы, спрашивается, и нет? В конце концов, Соединенные Штаты - именно та держава, которая может позволить себе чрезмерную самоуверенность.
- И дело это вот какое – я хочу признать К-косово независимой, да...
Вышло так, что именно в этот момент Альфред не крутился и не отвлекался на всякие мелочи, а смотрел прямо на серба и видел, каких усилий тому стоило озвучить цель визита. "Он нервничает. Он не уверен, что правильно поступает", - отметил для себя янки. Дело в том, что человек сомневающийся не устойчив сам по себе. Изначально его сомнения имеют четкий объект (в данном случае, независимость Косово), но чем глубже заходят тягостные мысли, тем сильнее размываются границы объекта. В итоге, высказав причину своих сомнений, человек шаток достаточно, чтобы склонить его в свою сторону даже в самых, казалось бы, принципиальных для него вопросах.
Джонс кивнул в ответ. Теперь, когда сонливость наконец отступила, он мог оценивать ситуацию со всей присущей ему расчетливостью. Со стороны Америки было бы глупо сбивать Гордана с мысли сейчас. Вполне возможно, что, помимо намерения отпустить дочь в "свободное плаванье", серб был намерен предложить что-то своему собеседнику. И Зорич в самом деле продолжил. Правда, предположения янки о выгодной сделке рассеялись после первой же фразы гостя.
- Санкции, значит, - американец поджал губы.
Нет, он вовсе не собирался произносить это вслух, еще и так разочарованно. Просто, анализируя сложившуюся ситуацию, Джонс боялся упустить любую подробность и слова контролировал плохо. Даже учитывая всю привлекательность НАТО, серб оставался православным, славянином, хорошим другом и партнером России. В конце концов, он оставался тем, кого еще недавно американские шпионы травили в Греции. Скользкая ситуация давила на Альфреда, заставляла тормозить с ответом. Немыслимо, Соединенные Штаты будут сами рыть себе могилу! Представить только, НАТО отменяет военные санкции для Сербии, а тот тут же заключает союз с Брагинским. И что янки сможет сделать? Помешать? Как? Это его обязанность, как лидера НАТО - да что там, мирового лидера!
- Я тебя понял, - наконец выдавил из себя Америка, глядя на свое нечеткое отражение на стеклянной столешнице. Наверное, выглядел он не наилучшим образом: озадачен и расстроен. Тем не менее, решителен в своем намерении найти выход... Но тот никак не желал приходить в отяжелевшую голову.
- Ты же понимаешь, Сербия, что моя выгода от твоего решения неоднозначна, - он растягивал слова в надежде, что за это время успеет придумать что-то получше, чем выкладывать Гордану всю правду о своем видении политической ситуации в мире.
Пришлось взять новую паузу и поднять глаза на собеседника. Вид Зорича наконец вывел Джонса из тяжких раздумий. Парень был взволнован... Однозначно был. Не каждый день приходится требовать от США снять с себя санкции! Он шел на жертвы, но не выглядел враждебно. Вполне возможно, что сербу просто было страшно оставаться без защиты в этом неспокойном мере. Но мысли об открытом противостоянии Альфреду он явно не вынашивал. А ведь американец мог произнести именно ту фразу, которой Гордан боялся больше всего. Да еще и эта грубая интонация.
Осознав свою ошибку, янки поспешно улыбнулся, немного растерянно и снисходительно.
- Нет-нет, Сербия, пойми меня правильно, пожалуйста. Это просто рассуждения, не более. Я человек слова... - здесь Джонс запнулся, прекрасно понимая, что врет. - И слово это держу. Не сомневайся, как только ты сделаешь заявление о признании Косово независимой державой, санкции будут отменены, а войска выведены с твоей территории.
Дав Зоричу время осознать обещание, данное Америкой, второй заговорил снова, на этот раз немного тише, с равномерной интонацией:
- Ты же понимаешь, что в ответ я могу попросить кое-что...
Нет, плохо! Очень плохо сказал! Осадив сам себя, Альфред начал лихорадочно соображать, как исправить ситуацию. Не мог он просить в ответ. Сербия идет на уступки. Отмена санкций - вот и ответ. Как неосмотрительно... Нужен был выход. К счастью, оный нашелся сравнительно быстро. Облегченно вздохнув, янки снова улыбнулся сербу.
- Ну вот. Я опять не так выразился. Ты меня шокировал своим заявлением, прости. Пожалуйста, сделай одолжение... Скажи, почему сейчас? Санкции поднадоели, злодей №1 - да, это я понял. Но должно быть что-то. Не говори, если не хочешь, это просто просьба.
Вот он, ключевой момент. Либо Гордан скажет нечто ценное и станет известно, чем соблазнить его в случае невыгодного сценария, либо... Либо откажется. Скорее всего, это будет означать потенциальную угрозу для Соединенных Штатов. Пожалуй, самый интересный момент всей встречи настал именно сейчас.

+2

9

Американец начал разочаровываться. Признаться, зрелище это более чем прекрасное – серб даже перестал жалеть, что прямым текстом заявил про независимость Косово. Казалось, с лица «золотого мальчика» спала маска, которая, собственно, и делала его золотым. Сербии казалось, что это та самая маска из Микен, из гробницы царя Атрея, что породил мужа Елены Прекрасной. В общем, не было бы этого дяденьки – не было бы и Троянской войны.
«А не было бы Америки – черт его подери! - не было бы и югославских войн. Ох, как бы я хотел увидеть его в усыпальнице – ведь такого кураца в простой гроб не положат!» - Серб постарался, как можно тише фыркнуть, а из-за того, что по совместительству он еще и отпил кофе из своего стакана, получился какой-то нервный «Бульк!», а британские (ну, или американские) ученые бы сказали, что это был вовсе никакой не «Бульк!», а самый настоящий «Хлюп!».
- Я тебя понял, - Святой Савва, хвала тебе, да Америка же запнулся! Скривился! Скорчился! Авось, даже напрягся от мук совести! Ах! Прелесть!
- Молодец, если понял, - окрыленной запинкой американца Зорич даже успел вставить свое снисходительное слово. Правда, его тут же перебил это самый... Как там его, Джонс, кажется?..
- Ты же понимаешь, Сербия, что моя выгода от твоего решения неоднозначна, - ну естественно, Джонс! Да, кажется, он именно Джонс, а не Джеймс... И сейчас серб и вовсе раскрепостился! Ха! Ведь у него были запрятаны достойные аргументы в рукаве! Гордан определенно гордился собой – ведь он первый раз подготовился к ответственному разговору и, говоря на чистоту, ничуть об этом не жалел, хоть и не планировал так делать в дальнейшем.
Зорич и не думал, что Америка сейчас что-то добавит. Серб уже успел в полной мере порадоваться сорванной маске то ли Атрея, то ли с новоорлеанского карнавала. Но не тут-то было:
- Америка, ну, ты же кажешься образованным человеком, а пото... – Начать-то начал, а вот договорить, увы не смог. И – пичка матер! – американец чуть не сбил его с умнейшей формулировки, достойной какой-нибудь отдельной теоремы, если не аксиомы. Но доно серб уяснил точно – иллюзии насчет Америки неоправданны. И да, американцу все же можно хамить, пусть и в малых количествах. В общем, если вы еще не забыли, Америка перебил серба – вот нахал-то!
- Нет-нет, Сербия, пойми меня правильно, пожалуйста. Это просто рассуждения, не более. Я человек слова... – Да-да, конечно! Пичка матер, да иначе же и быть-то не может! - И слово это держу. Не сомневайся, как только ты сделаешь заявление о признании Косово независимой державой, санкции будут отменены, а войска выведены с твоей территории. – В ответ на все эти заявления серб только усмехнулся, а во время фраз про «честность Америки» с грохотом поставил стакан на стол. Ну, а до этого остатки кофе вплыли лебедушкой в рот Сербии.
- Я надеюсь на это, - Сербии вовсе не хотелось говорить сухо, просто так надо было сказать, ну, дабы дать герою не то, чтобы прикурить, но понять, что серб, наученный горьким, кровавым, бомбезным и пламенным опытом («бомбезный» и «пламенный», естественно, в переносном смысле), не очень-то ему верит.
- Ты же понимаешь, что в ответ я могу попросить кое-что... – Ну надо же, а простой балканский дурак, сиречь серб уж было начал думать, что ты ему за это дашь шоколадку!
- Хм. Альфред, а я уж было начал думать, что все слухи о твоей корыстности – это всего лишь слухи... – Зорич деланно раздраженно фыркнул и начал то ли мечтательно, то ли задумчиво вертеть стаканчик из-под выпитого кофе в руках, - А я ведь до последнего верил, что ты не такой уж и плохой... – Вход пошли сербские враки с явным оттенком неудовлетворенности. Америка должен был понять, что серб требует немедленной сатисфакции. Прямо здесь. В этом самом кафе. На этом самом столе. Или за этим самым столом. В общем, на глазах у всех. Ах!..
Но, впрочем, «золотой мальчик» тут же исправился:
- Ну вот. Я опять не так выразился. Ты меня шокировал своим заявлением, прости. Пожалуйста, сделай одолжение... Скажи, почему сейчас? Санкции поднадоели, злодей №1 – да, это я понял. Но должно быть что-то. Не говори, если не хочешь, это просто просьба.
«Да конечно же я тебе не скажу! Прям вообще! Заткнусь, и буду молчать как рыба, ей Богу! Не скажу-то не скажу, а вот одолжение сделаю, коли просишь, драге мой».
- Ох, Америка. Если уж тебе прям так хочется это услышать, то так уж и быть – расскажу, - сейчас серб окутал себя легким флером таинственности, - но учти – ты сам напросился.
И Гордан воинственно сжал стаканчик в руке – тот лишь жалобно хрустнул, мужественно приняв свою тяжкую судьбу.
- Так вот, к чему это я клоню... Если, конечно же, клоню... В общем, смотри, Америка, как меня наконец-то научили годы жизни – а я все-таки страна с историей! – воевать это крайне плохо. А вот строить экономику напротив хорошо, если не прекрасно. Вот и решил я к тебе наведаться, государь прерий американских, ибо хочу испросить совета у тебя. А совет будет по поводу... В общем, давай-ка я тебе все расскажу по порядку. Ну, во-первых, если ты хочешь гарантий, то знай, что я останусь нейтральным, как это сделал маршал Тито – Царство ему Небесное, хоть и атеистом он был! – в свои-то годы, и к России, соответственно, под крыло не пойду, ведь он тоже не пошел. Так что санкции насчет ограничения вооружения ты можешь и не снимать – не нужна мне большая армия, клянусь Святым Саввой! Но в тоже время зреют у меня в голове идеи насчет возрождения Движения Неприсоединения... Как тот же Тито сделал, - Зорич внимательно посмотрел Америке прямо в глаза, вроде бы увидел в них искру понимания и тут же продолжил свои речи. – Ты, возможно, можешь вопрошать нечто вроде: «Да какое тут к черту возрождение!». Так ведь Индия же хочет в союз с Россией-братцем вступить. Главный член Движения нарушил его принципы! Да это же резонанс общественный должно вызвать! В общем, хочу я на себя управление миром взять – вот что за каламбур-то, а! – когда сам мир на две части раскалывается...
Восторг! Прилив новых сил! Энергия зашкаливает! Хочет говорить-говорить-говорить! Но все это где-то в глубоком нутре Сербии, снаружи же сам Зорич выговорился и сейчас пытался восстановить дыхание, ибо прерывисто дышать – не дело (чай, не в постели же).
- Против тебя я, конечно, не пойду, но знай, что против России я тоже идти не намерен. Просто мирное существование... – Гордан устало выдохнул. Он уж успел пожалеть о допитом кофе и от злости как-то трагично фыркнул (впрочем, вся трагичность была от надрыва).
Серб перешел на глубокие вдохи-выдохи, иногда это были вздохи. Он чувствовал себя кенийским бегуном, который пришел первым и выдохся, лишился сил. С этими мыслями да чувствами Сербия откинулся на стуле, пытаясь успокоиться, расслабиться. Ведь скоро придется отвечать на какую-то очередную заковыристую просьбу американца, кураца эдакого.
«Все, спокойнее. Все уже закончилось. Успокойся. Так, стада беззаботных пони бегут по полям и я – один из них. И я беззаботен и спокоен, беззаботен и спокоен... Беззаботен и спокоен...» - игнорируя все правила приличия, Сербия прикрыл глаза и погрузился в пучину расслабления. Ну, а американец... А что, собственно, американец? Пусть думает, голова же не токмо Техас носить.

+1

10

Никогда ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сам всё дадут! (М.Булгаков)

Джонс явно не хотел, чтобы его перебивали. Он терял нить и без того довольно прерывистого монолога, он путался, неправильно выражался... Но сербу во что бы то ни стало надо было сверкнуть своими пятью копейками, да еще и так язвительно. До последнего американец старался не реагировать на балканские остроты, но одна реплика все-таки вывела сверхдержаву из равновесия.
- Хм. Альфред, а я уж было начал думать, что все слухи о твоей корыстности – это всего лишь слухи... А я ведь до последнего верил, что ты не такой уж и плохой...
"Плохой" дядя Джонс поджал губы, стараясь сдержать недовольство, граничившее на тот момент с раздражением и злостью. Но монолог все же закончил: негоже позволять какому-то сербу перебивать себя.
- Ох, Америка. Если уж тебе прям так хочется это услышать, то так уж и быть – расскажу, но учти – ты сам напросился.
Альфред уже с трудом сдерживал смешок: что-что? Сам напросился? А потом этот гордый маленький человечек скажет, что Соединенным Штатам мало не покажется, что им пора бы осознать всю сербскую мощь... И вообще вся бывшая Югославия - поголовно ядерные державы с нефтью, газом и ураном, а янки настолько слеп, что не видит очевидных вещей. Борясь с приступом смеха, Джонс молча внимал словам собеседника, не поднимая глаз. Ему казалось, что, глянь он на Зорича хотя бы глазком, тут же взорвется хохотом и разобьется в лепешку, лишь бы поставить мальчишку на место. Да, бесспорно, именно за это Америку не любили в политических кругах: он был не просто силен, а еще и бесконечно горд по этому поводу. Каждый провинциал обязан был уяснить этот мелкий нюанс.
"Что за бред он несет?" - янки вздохнул. Гордан вещал что-то настолько сербское, что уши отказывались воспринимать те крупицы здравого смысла, какие все еще присутствовали в их разговоре. Вот что в южных славянах так бесило Западный мир - их непредсказуемость. Еще пару минут назад Сербия казался застенчивым, стеснительным и покорным достаточно, чтобы вести с ним конструктивный диалог. Сейчас он был буквально возбужден и взвинчен. Откуда взялась такая перемена?
Когда Зорич наконец закончил тираду, Америка вздохнул с облегчением. И неожиданно для самого себя понял, что страшно хочет закурить. Красиво и пафосно. Хотя... В случае с Альфредом это скорее будет проявлением слабости: серб расстроил его, разозлил, заставил усомниться в своем статусе. Кроме того, Джонс всегда ставил себя в пример другим коллегам, как агитатора за здоровый образ жизни и сохранения окружающей среды для потомков. Вместо пафосной сигареты Америка постарался изобразить наиболее пафосный тон, на который был способен:
- На твоем месте я бы не хамил, Сербия.
Окончательно справившись с незрелым стремлением воспользоваться искусственным модулятором, янки поднял глаза. Гордан дышал тяжело: видимо, устал от экспрессивного монолога. Но Джонсу не было никакого дела до усталости гостя. Расслабленное лицо и цепкий, холодный взгляд: сверхдержаве плевать на тебя, пешка, но, тем не менее, если пойдешь против нее, пощады не жди. Я слежу за тобой - вот что собеседник должен был увидеть.
- Не забывай, пожалуйста, что это ты летел сюда 10 часов. Это ты просишь у меня помощи в реализации своих наполеоновских планов, а не наоборот. Да-да, Сербия, помощи. Движение Неприсоединения выгодно в первую очередь для тебя. Какую выгоду из него вынесу я - это уже другой вопрос. Но ты прилетел, поднял меня с кровати рано, заставил ждать в парке на холоде. А теперь хамишь. Нужен совет? Не хами.
Он говорил монотонно, вцепившись взглядом в гостя и не позволяя тому отвести глаза.
- Это было первое, - добавил он, наконец, на этот раз более снисходительно. - Второе: ты упомянул Санджи. Не знаю, как ты, но я считаю, что его союз с Россией вполне предсказуем. Под вопросом остаются отношения Индии и Пакистана, который, вероятно, будет замешан в назревающих конфликтах. Если же ты, Сербия, собираешься "управлять миром" (заметь: цитирую тебя же), то учти, что тебе нужна гора, за которой ты сможешь спрятаться. Секрет нейтральных держав в том, что они либо самодостаточны настолько, что на них просто невозможно надавить, либо сами давят совей исключительной пользой для всего мира. Швейцария - гигант и гений банковского дела. Право на нейтралитет он завоевал своим исключительным талантом сохранять банковскую тайну. Ты - серьезный козырь, не спорю. Но только представь, какое громадное давление будет оказывать на тебя Россия. А братья и сестры? Ассоциированные члены ЕС, как-никак. Уверен ли ты, что выстоишь? Советую переговорить с Индией. Можешь использовать мой аргумент о Пакистане, Санджи парень умный, поймет.
К концу монолога Джонс заметно смягчился. Все-таки Гордан прилетел сюда, высказался... А хамство можно списать на неосмотрительность и импульсивность. Что Альфред и сделал.

+2

11

— На твоем месте я бы не хамил, Сербия.
Это был палец, поставленный на курок. Это было тело, нависшее над чаном с кислотой. Это была пчела, севшая на глаз. И с этим надо было что-то делать. Сейчас надо сыграть в игру — либо Зорич угадает, под каким стаканчиком латунный шарик, либо нет. У них в Америке в такую игру проигрывают, да?..
— Прости, — серб занес руку над левым стаканом и вот-вот его поднимет. — Старая привычка, — серб чуток помедлил, — плохая, да...
Ох! Стаканчик сорван с места. Гордан-то шарик видит... А вот видит ли его американец? А американец своим взглядом сверлит зрачки Сербии. Серб вызов принял и начал рассматривать эту голубую радужку глазного яблока. Большого Яблока.
И вот Зорич уже бежит по бритвенным полям холодного взгляда Джонса. Вот уже нет ступней. О Боже, все щиколотки в крови! И вот все голени разодраны в мясо... Да и бедра уже нет... Стоп! Что значит, «очередная бритва пронзила Ваше сердце»?! Game over. Сербия опомнился. Марафон по лезвиям окончен. Кажется.
И вот перерыв на небольшую рекламную паузу, в которой Альфред нам рекламирует хорошенького себя. Альтруист! Встает рано, мерзнет на холоде, угнетаем сербами. Дает полезные бесплатные советы! Только сегодня и только сейчас — золотой мальчик! Мы ждем Вашего звонка!
И серб уже было готов сказать нечто вроде «Да-да, разумеется, я воспользуюсь Вашими услугами», как вдруг одернул себя. И еще раз одернул, чтобы наверняка помогло.
— Оно и тебе выгодно, отчасти. Косвенно... Эм-м-м-м... Благодарствую за совет.
И вот Сербия ловким движением руки переключает канал! И что же идет здесь? «Снисходительная одноэтажная Америка»? I’m loving it!
Тут уже в ход пошел более мягкий, бархатный, обволакивающий, уютный разговор. И, между прочим, деловой. Зорич даже удивился. Как так, никакого скелета в шкафу?
— Насчет союзов я ничего не считаю, это уже дело других, — серб на секунду вознес очи к небу, — таких, как ты. — Сербия сказал это с некоторой гордостью за свое положение. Да еще и неумело польстил. Ура. Праздник.
— Конфликтах?.. — часть Гордана погрязла в мыслях. — Давить на Индию при помощи этого конфликта?.
— «Заметь, цитирую тебя же»?! Ни на одной дружеской посиделка ни одна подруга не скажет: «Сегодня такой прекрасный солнечный денек, заметь, цитирую тебя же». А то, что это накаленная, напряженная, ужасно волнительная встреча можно понять и без всяких там «заметь, цитирую тебя же». — Сербия оскорбился. Бушует девятый вал внутри серба. И маленький плот оскорблений вот-вот будет выставлен за пределы рта. Но врата рта непоколебимы, они держатся, они не разомкнутся...
— Но сейчас же время, когда война дышит в затылок! Сейчас же все союзы меняются, все распадается. И, небось, формула нейтральных стран скоро будет совершенно иной... Ну, я не утверждаю... Просто, мало ли... Но я надеюсь на это! — Да! Заканчивать всегда нужно на мажорной ноте!
— Ты — серьезный козырь, не спорю.
— Да, серьезный козырь... Наверно, в этом и сила моего нейтралитета... Будет... — неуверенно пробормотал серб. — А Россия... А Россия... А с другой стороны, что он может мне сделать? Разве что торговое эмбарго объявить, а у меня на его прилавки практически вся продукция поставляется... — Зорич ойкнул. — Но ведь если снимутся санкции, то торговля с Западной Европой будет не столь ограничена... Я запутался...
Серб вздохнул и признался, наивно глядя на Америку в поиске помощи хотя бы для завершения логической цепочки. Вот воевать или спорить — это его. Политика, наверно, тоже его. А вот экономика... Ну не великий экономист он! Вон, у того же соседнего Австрии намного лучше получается... В общем, не балканское это дело — финансы.
Нужно срочно переключить тему на что-то иное. Срочно! А, точно же:
— А Индия мне как поможет? Поддержит идею новой эры Движения Неприсоединения? Было бы хорошо... — Гордан мечтательно протянул слова. — Или еще в чем поможет? Ты только направь меня, куда нужно... Дальше уж я сам.
Разговор серб окончил на такой же честной ноте, как и начал его середину. Наконец, оторвавшись от глаз Америки его взгляд скользнул по утреннему Нью-Йорку, наверно, больше по дружелюбному мегаполису, чем по оплоту тьмы. Конечно, ведь серб видел оплоты тьмы, взять башню того же Саурона! Конечно...

+1

12

- Старая привычка, плохая, да...
А Джонс уже было запамятовал, кто такой этот серб. Уникальное в своем роде существо... Только Гордан мог сказать "Хамство? Прости, старая привычка". Потом он убьет, Боже упаси, дочь Барака Обамы и скажет " Прости, старая привычка"? К сожалению, ты, маленький наивный серб, слишком ценная фигура в этой партии, хоть и признаться в этом трудно. Поэтому сегодня темный властелин пощадит тебя. Но даже не думай, что так будет всегда: однажды какой-нибудь разгневанный хозяин спустит собак...
- Оно и тебе выгодно, отчасти. Косвенно...
"Именно поэтому ты и важен." Выгодно, без сомнения выгодно! Но это не твоего ума дело, не твоя забота и не твой, так сказать, уровень. И Зорич, сам осознавая свое положение в обществе, поднял глаза к потолку. Повинуясь инстинктивному порыву, американец сделал то же самое, будто желая проследить за тем, на что указывал взгляд визитера. На ярких пятнах краски сидела толстая муха. "В Соединенных Штатах и мухи толстые..." - внезапно подумалось Джонсу, - "Боже мой, шаблон на шаблоне, в кого я превращаюсь?"
Казалось, что Сербия гордится своей ничтожностью. Скорее даже своей слабостью: ничтожным его назвать все же язык не повернется. Даже после пламенного монолога об имперских планах? Уникальное существо, в красную книгу.
- Давить на Индию при помощи этого конфликта?
Альфред кивнул: слишком очевидно, чтобы объяснять. Россия решил погнаться за двумя зайцами - Индией и Ираном. Первый никогда не встанет по одну сторону баррикад с Пакистаном, последний полгода назад объявил о безусловной поддержке мусульманского брата от сил Демократии. Кроме того, Санджи потерял слишком много в борьбе с терроризмом, вряд ли он решится принять сторону справедливости (речь, безусловно, о НАТО). Нейтралитет и только он. Мысленно янки уже приклеил фигуры к доске супер-клеем: никто не позволит сдвинуть нейтральную Индию с места! Потому что я так сказал.
- ...небось, формула нейтральных стран скоро будет совершенно иной...
Американец хмыкнул и приподнял одну бровь:
- Какой же? Сербия, ты должен понимать, что, чем больше коалиция, тем больше шансы на успех. Чем больше нейтральных стран, тем меньше возможностей создать внушительную коалицию. Силы ЕАС буквально придавят тебя своим могучим телом. И как будешь отпираться?
Склонив голову, Джонс простучал на столешнице какую-то резвую мелодию, придав своим словам насмешливый оттенок.
- А представь, что посыпятся угрозы об объявлении войны... Ты нейтрален. Ты совсем один. Кто бы не кинулся на помощь, с другой стороны он получит удар от противника. Снова развяжешь мировую войну? Хобби у тебя такое?
Удостоверившись, что Гордан все понимает, Америка снял очки и протер уставшие глаза. Дьявол, все приходится разжевывать.
- С другой стороны, - начал парень, медленно возвращая очки на их законное место. - Если ты найдешь себе союзника по нейтралитету... Члена Ядерного клуба... Огромную мощную державу... То получишь гарантию неприкосновенности. К тебе никто не прикоснется.
И Джонс пафосно слез со стула.
- Торжественно клянусь! - янки улыбнулся. - Ни коим образом не вмешиваться во внешнюю политику Сербии в случае принятия ею нейтральной позиции! Торжественно клянусь не проявлять агрессию по отношению к Сербии, если последняя останется стабильной в своем нейтралитете! Торжественно клянусь после официального признания независимости Косово снять с Сербии все санкции!  А то атмосферка-то накалилась...
Альфред опустился на сиденье. Серб должен быть нейтральным. Должен.

+1

13

Грузная, набирающая вес тушка ЕАС не давала покоя американцу. Терзала мысли, изнуряла боевой дух, играла на нервах. Толстела. Давила. Вытесняла размерами с мировой арены.
Ясное дело, что американцу не нравится больно калорийная Индия, которую вот-вот проглотит ненасытный ЕАС. Поэтому когда-то на ужин Сербия получит пряный экзотический Индостан! Но вот в Олланде Джонс вовсе не хотел обнаружить нового де Голля. Живем пока что без французских вин. Ну и буржуй же этот Америка. Все себе загреб. Жадина.
А тем временем момент ответа подкрадывался все ближе, дышал в затылок.
— Чем больше нейтральных стран, тем хуже всяческим альянсам, разве нет? — совершенно наивно, дурашливо и глупо. Глаза озорно заблестели.
— Это ты себе можешь позволить жить без баланса... Я без него могу лишь выживать... — истинно верные сербские мысли для серба. Свою верность они хранили лишь ему. Как только они показывались кому-нибудь другому — та-дам! — тут же превращались в совершенную глупость. Это потому что все глупые, уж серб-то знал.
— Баланс... Это французский, да? — больше, больше дурашливости и экспрессии в глазах. Нужно было как-то разбавить скупой сухой разговор, ну.
Угрозы. Угрозы. Угрозы. Джонс оригинален — угрожает угрозами. Выдавливает нужное себе. Потребитель-потрошитель. Что же, придется учиться танцевать еще и под губную гармошку. Ну, ничего, балалайку ведь в свое время освоил.
— Если кто-то объявит войну бедной и несчастной стране... То... Разве он не будет выглядеть деспотом? Тираном? Империей зла? Разве нет?.. — а тут, может, и вправду растерянно. Такое не входило в планы Зорича. Выставлять моральными уродами кого-либо он любил. Но вот не всегда получалось...
— Ура! — радостный вопль. — Получается, мне осталось только найти Индию?.. Он согласится на все? Как ты это делаешь?! — серб был в восторге. От восторга он даже поерзал на стуле. Именно от восторга. Он полностью понимает этого Джонса. Скоро можно будет вернуться домой. Подальше от этих двух пар глаз...
И тут... Америка, видать, решил тряхнуть стариной и что-то заявить. Заявил. Пафосно. Так, что всякая вера в его искренность куда-то улетучилась. Бурлеск-шоу. Так рано и так бесплатно.
— Ну и ладно, Гордан,  ты тоже не святоша... — но говорить об этом совершенно необязательно. Вовсе. Еще Америка расстроится... А оно ему надо? Конечно же, нет! Вот и сербу не надо.
— Д-да, атмосферка... Знаешь, что я тут вспомнил? Я ведь Беларусь тоже нашенская, ну, из Движения. Так, может, пусть нейтральной и остается?.. Это я так, к слову. Вовсе и необязательно это, — серб ерзал на бедном стуле еще сильнее, ну, от восторга. Восторженно хотелось домой. Подальше от всех прелестей прекрасной жизни. Еще чуть-чуть и Сербия не устоит... А дома кофе, выпивка... Славно это все. А тут и кофе вовсе не такой, как на родине. И выпивки нет. И Альфред. Сплошь ничего хорошего.
Серб стал ждать. Обреченно стал. Долго ждать. А что поделаешь?  Чего еще можно ожидать от сонного мессира? Нового взгляда? Новой мухи? Ха, дома и мухи лучше...

+1


Вы здесь » Hetalia: 3rd World War | Хеталия: ВВ3 » Активные Эпизоды » Сербия - это как сестра Керри, только мужик...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC